Budgetary Self-Sufficiency as a Problem of the Governmental Programming of Regional Development
Table of contents
Share
Metrics
Budgetary Self-Sufficiency as a Problem of the Governmental Programming of Regional Development
Annotation
PII
S042473880006774-0-1
DOI
10.31857/S042473880006774-0
Publication type
Article
Status
Published
Authors
Valery Grebennikov 
Occupation: Principal Scientific Researcher — Head of the Institutional Dynamics Lab.
Affiliation: Central Economics and Mathematics Institute, Russian Academy of Sciences
Address: Russian Federation
Ruslan Magomedov
Affiliation: Central Economics and Mathematics Institute, Russian Academy of Sciences
Address: Moscow, Russian Federation
Pages
68-77
Abstract

 

 

An approach to the structural analysis of the governmental program of macro-region development which allows controlling the levels of regional budgetary self-sufficiency is proposed. This approach is applied to the “Development of the North Caucasian Federal District until 2025” Governmental Program of the Russian Federation. Two interrelated hypotheses about the presence of negative feedback between the share of program activities of a market nature in the expenditures of the regional consolidated budget and the share of non-repayable transfers in its revenues as well as positive feedback between the share of program activities of a market nature in the expenditures of the regional consolidated budget and the share of taxes on business in its revenues are substantiated. An approach to estimate the validity of the volumes of federal transfers allocated to regions is proposed. For this purpose, an indicator of regional budgetary self-sufficiency potential is introduced. The information and analytical database of the research includes data on the execution of the regional consolidated budgets in 2001–2017 from the Russian Federal Treasury, as well as budget classification of the Russian Ministry of Finance. Conclusions and results of the study can be used in strategic, including budget, planning in order to improve legal support for the management of the governmental programs of regional development.

Keywords
regional development, North Caucasian Federal District, governmental program, program structure, program activities, regional consolidated budget, budgetary self-sufficiency, non-repayable receipts, federal intergovernmental transfers, business taxes, subsidies, budget investments, correlation analysis.
Received
21.10.2019
Date of publication
16.12.2019
Number of purchasers
23
Views
381
Readers community rating
0.0 (0 votes)
Cite Download pdf 100 RUB / 1.0 SU

To download PDF you should sign in

Full text is available to subscribers only
Subscribe right now
Only article
100 RUB / 1.0 SU
Whole issue
720 RUB / 15.0 SU
All issues for 2019
2534 RUB / 30.0 SU
1

ВВЕДЕНИЕ

2 Одним из показателей, характеризующих уровень социально-экономического развития региона, является бюджетная самообеспеченность (БСО), которая понимается как способность региональной администрации исполнять расходную часть регионального консолидированного бюджета за счет внутренних источников финансирования. Формально показатель БСО может быть представлен как единица минус доля безвозмездных поступлений1 в доходах консолидированного бюджета региона.
1. В соответствии с п. 3 параграфа II (Классификация доходов бюджетов) «Указаний о порядке применения бюджетной классификации РФ» (утверждены приказом Минфина России от 01.07.2013 № 65н) безвозмездные поступления являются внешним источником формирования доходов консолидированных бюджетов бюджетной системы Российской Федерации.
3 Для российской модели бюджетного федерализма характерна высокая степень централизации бюджетно-налоговых полномочий2. В этих условиях федеральные межбюджетные трансферты (МБТ), доля которых составляет более 90% в структуре безвозмездных поступлений консолидированных бюджетов субъектов РФ, служат основным источником софинансирования значительной части расходов государственных программ регионального развития.
2. См. статьи 50 и 51 Бюджетного кодекса Российской Федерации.
4 Однако МБТ не оказывают заметного влияния на региональное развитие. Оценивая их воздействие на фискальное поведение российских региональных властей в период 1996–2006 гг., авторы работы (Идрисова, Фрейнкман, 2010) выявили низкую эффективность трансфертной политики федерального центра. Слабая восприимчивость российских макрорегионов, получавших в течение 1998–2006 гг. федеральные дотации и поддерживаемых с помощью федеральных целевых программ (ФЦП), продемонстрирована в работах (Татевосян и др., 2004; Татевосян и др., 2009). В частности, было выявлено, что в течение указанного выше периода регионы Юга России, а также Забайкалья и Дальнего Востока, где в 2006 г. были реализованы первые этапы соответствующих целевых программ (ФЦП «Юг России» (2002–2006 гг.) и ФЦП «Экономическое и социальное развитие Дальнего Востока и Забайкалья на 1996–2005 и до 2010 года»), либо не меняли своего положения в рейтинге, либо ухудшали его. В работе (Ермаков, 2017) автор также не обнаружил статистически значимого влияния МБТ в период 1995–2013 гг. на решение проблемы существенного неравенства российских регионов по уровню социально-экономического развития и БСО. Используя данные мониторинга результатов государственного управления в регионах России, в (Гагарина и др., 2017) показано, что в 2011–2015 гг. из 80 субъектов РФ лишь у девяти степень реализации социально-экономического потенциала, измеренного с помощью 30 частных показателей, превышала 40%.
5 Динамика уровня дотационности бюджетов3 субъектов РФ, входящих в Северо-Кавказский федеральный округ (далее субъектов СКФО), представленная в табл. 1–2, в целом подтверждает выводы упомянутых авторов. Значения данного показателя по годам в 2001–2017 гг. не обнаруживали тенденции к неуклонному снижению, что плохо согласуется с регулярными призывами федерального центра к поиску и активации внутренних источников регионального развития.
3. В нашей статье дотационность бюджета субъекта РФ определяется как доля безвозмездных поступлений в доходах его консолидированного бюджета. Иными словами, дотационность и самообеспеченность бюджета региона, как видно из определения последней, являются противоположными по смыслу показателями.
6 Таблица 1. Уровни дотационности бюджетов субъектов СКФО в 2001–2008 гг., %
7
Регион Год
2001 2002 2003 2004 2005 2006 2007 2008
Северо-Кавказский федеральный округ 62,52 66,74 64,83 65,42 64,52 63,93 69,90 67,35
Ставропольский край 30,68 40,10 31,24 22,02 35,73 30,38 33,22 34,56
Республика Северная Осетия–Алания 55,71 64,17 70,72 63,85 63,31 60,31 61,95 72,37
Республика Ингушетия 81,04 89,83 88,25 88,25 90,47 89,13 96,36 91,45
Карачаево-Черкесская Республика 68,49 77,62 71,91 61,63 63,00 66,67 67,17 70,88
Кабардино-Балкарская Республика 56,48 69,39 72,78 65,06 65,36 57,63 60,09 57,37
Республика Дагестан 83,06 79,95 78,99 77,57 79,12 76,59 78,50 72,86
Чеченская Республика 99,51 82,68 87,63 92,89 86,85 88,82 92,67 90,68
8

Источник: рассчитано авторами на основе информации Федерального казначейства РФ по исполнению консолидированных бюджетов субъектов РФ в 2001–2017 гг.4

4. Федеральное казначейство Российской Федерации. Консолидированные бюджеты субъектов РФ и бюджеты территориальных государственных внебюджетных фондов ( >>>> ).
9 Таблица 2.Уровни дотационности бюджетов субъектов СКФО в 2009–2017 гг., %
10
Регион Год
2009 2010 2011 2012 2013 2014 2015 2016 2017
Северо-Кавказский федеральный округ 69,08 63,93 65,55 64,25 60,97 60,86 60,26 56,55 58,32
Ставропольский край 37,85 33,87 38,07 33,84 33,55 32,46 30,78 27,89 30,32
Республика Северная Осетия–Алания 66,77 59,98 58,82 59,25 56,30 56,54 55,50 47,58 48,75
Республика Ингушетия 90,73 89,03 83,82 86,40 85,03 86,50 84,61 85,98 81,30
Карачаево-Черкесская Республика 71,07 68,20 63,85 72,92 68,52 64,96 65,64 59,30 65,47
Кабардино-Балкарская Республика 56,57 53,95 58,96 55,56 56,17 53,93 49,98 47,25 52,23
Республика Дагестан 78,66 73,66 73,96 72,22 69,98 70,05 68,55 65,86 69,71
Чеченская Республика 90,64 86,60 86,88 85,12 81,36 81,57 83,33 78,49 80,38
11 Источник: рассчитано авторами на основе информации Федерального казначейства РФ по исполнению консолидированных бюджетов субъектов РФ в 2001–2017 гг.
12 Вместе с тем, недостаточно изучен вопрос о наиболее важных факторах низких, а в ряде случаев критически низких, уровней региональной БСО. В настоящей работе предлагается восполнить данный пробел с помощью анализа программной структуры, под которой мы понимаем перечень запланированных (т.е. предусмотренных в определенные сроки и обеспеченных финансированием) подпрограмм5, основных мероприятий и видов расходов государственной программы. В программно-целевом бюджетировании разработка программной структуры позволяет обеспечить связь между целями государственного учреждения и средствами достижения этих целей (DonVito, 1969; Premchand, 1989, p. 327; Solem, Werner, 1968, p. 224).
5. Анализ подпрограмм государственной программы Российской Федерации «Развитие Северо-Кавказского федерального округа» на период до 2025 г. приведен в (Брагинский и др., 2017; Гребенников, Магомедов, 2018).
13

АНАЛИЗ ОСНОВНЫХ МЕРОПРИЯТИЙ И ВИДОВ РАСХОДОВ6 ГОСУДАРСТВЕННОЙ ПРОГРАММЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ «РАЗВИТИЕ СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ФЕДЕРАЛЬНОГО ОКРУГА»7 ДО 2025 Г.

6. Данная государственная программа полностью финансируется из федерального бюджета.

7. Паспорт указанной государственной программы введен в действие Постановлением Правительства РФ от 27.02.2016 № 148 «О внесении изменений в государственную программу Российской Федерации «Развитие Северо-Кавказского федерального округа» на период до 2025 г.
14 Прежде всего мероприятия государственной программы «Развитие Северо-Кавказского федерального округа» на период до 2025 г. (далее Программа) в разрезе субъектов СКФО были классифицированы по трем характеристикам:
15
  • соотношение долей бюджетных ассигнований на реальный сектор экономики (РСЭ) и на социальную сферу в целом за весь срок и по годам реализации программы (табл. 3);
  • структура программных расходов на РСЭ в целом за весь срок и по годам реализации программы (табл. 4);
  • стабильность потоков программных расходов на РСЭ по годам реализации программы.
16 Это позволило выделить три группы субъектов СКФО: 1) Ставропольский край и Республика Северная ОсетияАлания; 2) Карачаево-Черкесская Pеспублика, Кабардино-Балкарская Pеспублика и Чеченская Pеспублика; 3) Республика Ингушетия и Республика Дагестан.
17 Таблица 3. Соотношение запланированных в Программе расходов на реальный сектор экономики и на социальное развитие в 2016–2025 гг. для субъектов СКФО, %
18
Субъект Годы
2016 2017 2018 2019 2020 2021 2022 2023 2024 2025 2016–2025
Ставропольский край 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
Реальный сектор экономики 76,4 97 97,5 97,3 96,6 86,7 88,8 88,8 88,8 88,8 94,1
Социальное развитие 23,6 3 2,5 2,7 3,4 13,3 11,2 11,2 11,2 11,2 5,9
Республика Северная Осетия– Алания 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
Реальный сектор экономики 0 74,5 100 100 100 100 100 100 100 100 98,4
Социальное развитие 100 25,5 0 0 0 0 0 0 0 0 1,6
Республика Ингушетия 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
Реальный сектор экономики 7,7 69,6 58,1 58,4 72,9 40,8 40,8 40,8 40,8 40,8 40,2
Социальное развитие 92,3 30,4 41,9 41,6 27,1 59,2 59,2 59,2 59,2 59,2 59,8
Карачаево-Черкесская Республика 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
Реальный сектор экономики 34,7 68,9 100 100 90,1 61,1 77,7 73,8 66 47,1 74,1
Социальное развитие 65,3 31,1 0 0 9,9 38,9 22,3 26,2 34 52,9 25,9
Кабардино-Балкарская Республика 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
Реальный сектор экономики 49,2 96,9 100 100 90,1 100 100 53 55,8 52,7 83,4
Социальное развитие 50,8 3,1 0 0 9,9 0 0 47 44,2 47,3 16,6
Республика Дагестан 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
Реальный сектор экономики 0 0 46,3 58,9 58,2 23 16,2 18,7 0 0 16,9
Социальное развитие 100 100 53,7 41,1 41,8 77 83,8 81,3 100 100 83,1
Чеченская Республика 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
Реальный сектор экономики 0 90,1 95,2 94 81,8 84 97,9 97,9 97,9 97,9 90,7
Социальное развитие 100 9,9 4,8 6 18,2 16 2,1 2,1 2,1 2,1 9,3
19 Источник: рассчитано авторами на основе данных паспорта государственной программы РФ «Развитие Северо-Кавказского федерального округа» на период до 2025 г.
20 Таблица 4. Структура запланированных в Программе расходов на реальный сектор экономики в 2016–2025 гг. для субъектов СКФО, %
21
Показатель Год/годы
2016 2017 2018 2019 2020 2021 2022 2023 2024 2025 2016–2025
Ставропольский край 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
инновационно-медицинский кластер 100 94,43 95,06 91,73 91,97 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 70,48
промышленное развитие 0,00 3,34 3,17 4,83 5,31 60,00 60,98 60,98 63,41 63,41 18,25
агропромышленный комплекс 0,00 2,23 1,78 3,44 2,73 40,00 39,02 39,02 36,59 36,59 11,27
Республика Северная Осетия– Алания 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
агропромышленный комплекс 0,00 49,04 50,00 50,00 50,00 50,00 50,00 50,00 50,00 50,00 49,97
промышленное развитие 0,00 31,34 30,00 30,00 30,00 30,00 30,00 30,00 30,00 30,00 30,05
транспортно-логистический комплекс 0,00 9,81 10,00 10,00 10,00 10,00 10,00 10,00 10,00 10,00 9,99
туристический кластер 0,00 9,81 10,00 10,00 10,00 10,00 10,00 10,00 10,00 10,00 9,99
Республика Ингушетия 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
агропромышленный комплекс 0,00 48,74 54,03 53,36 59,75 50,89 50,89 50,89 50,89 50,89 51,87
промышленное развитие 100 51,26 45,97 46,64 40,25 32,97 32,97 32,97 32,97 32,97 36,58
транспортно-логистический комплекс 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 16,14 16,14 16,14 16,14 16,14 11,55
Карачаево-Черкесская Республика 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
туристический кластер 100 0,00 0,00 73,49 73,05 28,49 25,22 32,82 37,79 23,00 46,94
промышленное развитие 0,00 79,66 88,93 24,46 22,71 62,95 68,04 66,66 62,21 77,00 49,05
агропромышленный комплекс 0,00 20,34 11,07 2,06 4,25 8,56 6,74 0,52 0,00 0,00 4,01
Кабардино-Балкарская Республика 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
туристический кластер 100 78,86 82,99 82,96 87,66 7,80 12,48 11,31 10,52 8,22 52,58
промышленное развитие + агропромышленный комплекс 0,00 21,14 17,01 17,04 12,34 92,20 87,52 88,69 89,48 91,78 47,42
Республика Дагестан 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
транспортно-логистический комплекс 0,00 0,00 23,83 15,93 16,82 54,16 100 100 0,00 0,00 51,39
промышленное развитие 0,00 0,00 67,03 78,77 77,93 35,40 0,00 0,00 0,00 0,00 43,51
агропромышленный комплекс 0,00 0,00 9,14 5,30 5,25 10,44 0,00 0,00 0,00 0,00 5,09
Чеченская Республика 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100 100
туристический кластер 0,00 80,87 81,00 78,15 80,42 0,00 0,00 0,00 0,00 0,00 38,72
промышленное развитие 0,00 8,62 9,28 9,08 4,69 72,69 83,24 77,17 63,22 53,49 39,87
агропромышленный комплекс 0,00 10,51 9,72 12,78 14,89 27,31 16,76 22,83 36,78 46,51 21,41
22 Для Ставропольского края и Республики Северная ОсетияАлания, входящих в первую группу, доля мероприятий реального сектора экономики (РСЭ) в совокупных региональных программных бюджетах составляет 94,1 и 98,4% соответственно. Причем в Ставропольском крае на основном этапе (2016–2020 гг.) более 90% этих средств планируется направить на мероприятия, связанные с созданием инновационного медицинского кластера, а на прогнозном (2021–2025 гг.) — в среднем около 62% ежегодного регионального программного бюджета предполагается инвестировать в развитие промышленного производства. Для программной структуры Республики Северная ОсетияАлания в течение 2016–2025 гг. характерно равномерное по годам распределение средств, инвестируемых в реальный сектор экономики (РСЭ), между агропромышленным, промышленным, туристическим и транспортно-логистическим комплексами в пропорции 5 : 3 : 1 : 1.
23 Отставание второй группы от первой по показателю доли мероприятий реального сектора экономики (РСЭ) в совокупном программном бюджете субъекта СКФО незначительное. За весь срок реализации Программы значения данного показателя составляют 74,1, 83,4 и 90,7% для Карачаево-Черкесии, Кабардино-Балкарии и Чеченской Республики соответственно. Однако высокие значения данного показателя в период 2016–2020 гг. являются результатом влияния подпрограммы развития туристического кластера на территории указанных субъектов СКФО, что и послужило решающим фактором для выделения второй группы. На прогнозном этапе Программы в рассматриваемой группе наблюдается смещение приоритетов в пользу мероприятий промышленного развития, занимающих в разные годы не менее 60% в структуре мероприятий реального сектора экономики (РСЭ).
24 Для третьей группы характерна приблизительно одинаково низкая доля программных расходов на промышленное развитие в расходах на реальный сектор экономики (РСЭ) за весь срок реализации Программы (Республика Ингушетия 36,6% и Республика Дагестан  43,5%). При этом доля мероприятий реального сектора экономики (РСЭ) в совокупных бюджетах, предусмотренных Программой для указанных субъектов СКФО, составляет 40,2 и 16,9% соответственно. Положение Республики Дагестан усугубляется еще и тем, что в течение двух первых и двух последних годов реализации Программы в ее структуре нет мероприятий, относящихся к реальному сектору экономики (РСЭ).
25 Результаты анализа позволяют предположить, что повышение самообеспеченности бюджетов субъектов СКФО, входящих в третью группу, практически невозможно. Достаточно очевидно, что преобладание мероприятий социального характера (строительство школ, больниц, учреждений социальной защиты и т.п.) в расходах консолидированного (т.е. с учетом федеральных трансфертов) бюджета региона порождает дальнейшее разворачивание спирали бюджетных расходов (включая выплату заработной платы и социальных пособий работникам государственных учреждений, предоставление субсидий, закупки товаров, работ и услуг для обеспечения государственных нужд, капитальный и текущий ремонт государственного имущества и т.д.). Напрашивается аналитическая гипотеза, что самообеспеченность бюджета региона зависит от соотношения мероприятий (т.е. по определению, предоставления различных форм субсидиарной поддержки хозяйствующих субъектов и бюджетных инвестиций в объекты капитального строительства) рыночного и нерыночного характера в средне- и долгосрочной программе регионального развития.
26 Безусловно с точки зрения федерального центра важным аргументом в пользу бюджетных инвестиций в социальную сферу является укрепление общественного порядка в регионе. К этому также следует добавить предсказуемый рост основных макроэкономических показателей, например налоговых и неналоговых поступлений, закрепленных в качестве целевых ориентиров государственных программ. Однако если прирост налогов на доходы физических лиц — работников государственных учреждений — и на экономическую деятельность (если она прозрачна и неубыточна) контрагентов государства перекрывается возрастающими государственными расходами, то это потребует, с большим или меньшим лагом, дополнительных объемов федеральных трансфертов, т.е. понизит уровень самообеспеченности бюджета региона.
27 Другое дело — программные мероприятия, направленные на обеспечение реализации инвестиционных проектов, ориентированных на производство рыночных товаров, работ и услуг и поэтому названных нами рыночными. Результаты таких проектов увеличивают собственную доходную базу региона без противодействующих факторов, отмеченных для бюджетных в социальную сферу.
28 В контексте приведенного выше анализа программной структуры уместно выдвинуть две взаимосвязанные гипотезы (с последующей их экспериментальной проверкой расчетами на данных семи субъектов СКФО), предполагающие наличие:
29
  • отрицательной обратной связи между долей рыночных мероприятий в расходах консолидированного бюджета (переменная X1) и долей безвозмездных поступлений в доходах его консолидированного бюджета (векторная переменная Y1) региона;
  • положительной обратной связи между долей рыночных мероприятий в расходах консолидированного бюджета региона (переменная X1) и долей налогов на экономическую деятельность в доходах его консолидированного бюджета (переменная Y2).
30 Для того чтобы проверить эти гипотезы, предстояло решить две задачи (обозначим их как тест 1), а именно:
31
  • отобрать данные для определения значений переменных X1, Y1 и Y2;
  • провести анализ корреляции между указанными переменными.
32

ТЕСТ 1

33 Информационно-аналитической базой исследования являются данные Федерального казначейства РФ об исполнении консолидированных бюджетов субъектов СКФО в 2001–2017 гг. и бюджетная классификация, разработанная Минфином РФ.
34 Поскольку формы представления функциональной и экономической классификации бюджетов на протяжении анализируемого периода подвергались изменениям8, поясним, как производился отбор данных для определения значений переменных X1 и Y2 в 2015–2017 гг.
8. См. Указания о порядке применения классификации бюджетов РФ, утвержденные: 1) приказами Минфина РФ: от 25.05.1999 № 38н и от 11.12.2002 № 127н – для 2001–2004 гг.; 2) приказами Минфина РФ: от 27.08.2004 № 72н»; от 10.12.2004 № 114н; от 21.12.2005 № 152н; от 08.12.2006 № 168н – для 2005–2007 гг.; 3) приказами Минфина РФ: от 24.08.2007 № 74н; от 25.12.2008 № 145н; от 30.12.2009 № 150н; от 28.12.2010 № 190н; от 21.12.2011 № 180н; от 21.12.2012 № 171н – для 2008–2014 гг.; 4) приказом Минфина России от 01.07.2013 № 65н — для 2015–2017 гг.
35 Для идентификации рыночных мероприятий в первую очередь в разделе «Национальная экономика» российской классификации расходов бюджета выбираются подразделы, по которым подлежат отражению расходы на реализацию мероприятий, связанных с содействием занятости населения, а также расходы на государственную поддержку экономических агентов — производителей товаров, работ и услуг рыночного характера, а именно подразделы: 1) «Общеэкономические вопросы»; 2) «Топливно-энергетический комплекс»; 3) «Сельское хозяйство и рыболовство»; 4) «Транспорт»; 5) «Дорожное хозяйство (дорожные фонды)»; 6) «Другие вопросы в области национальной экономики».
36 Причина, по которой остальные подразделы раздела «Национальная экономика» и все другие разделы функциональной классификации расходов бюджета исключены из анализа как не имеющие отношения к рыночным мероприятиям, предельно ясно сформулирована в определении сектора «Государственные учреждения», данном в международном стандарте «Система национальных счетов2008». Это определение гласит, что «основные функции органов государственного управления как институциональных единиц состоят в том, чтобы принимать ответственность за предоставление товаров и услуг обществу в целом или отдельным домашним хозяйствам и финансировать предоставление этих товаров и услуг за счет налоговых поступлений или других доходов; перераспределять доход и богатство с помощью трансфертов; осуществлять нерыночное производство»9. Таким образом, подавляющая часть бюджетных расходов, сконцентрированных в исключенных разделах и подразделах, обеспечивает нерыночный выпуск, включающий товары и индивидуальные или коллективные услуги, произведенные некоммерческими организациями, обслуживающими домашние хозяйства, или органами государственного управления, которые предоставляются другим институциональным единицам или обществу в целом бесплатно или по экономически незначимым ценам10.
9. Система национальных счетов-2008, с. 68. ( >>>> ).

10. Там же, с. 721.
37 Затем в отобранных подразделах по каждому субъекту СКФО суммируются следующие виды расходов (далее ВР):
38
  • (ВР 412) «Бюджетные инвестиции на приобретение объектов недвижимого имущества в государственную(муниципальную) собственность»;
  • (ВР 414) «Бюджетные инвестиции в объекты капитального строительства государственной (муниципальной) собственности»;
  • (ВР 450) «Бюджетные инвестиции иным юридическим лицам»;
  • (ВР 810) «Субсидии юридическим лицам (кроме некоммерческих организаций), индивидуальным предпринимателям, физическим лицам — производителям товаров, работ, услуг».
39 Для определения значений переменной Y2 учитываются следующие виды налогов на экономическую деятельность: с продаж; на прибыль организаций; взимаемый с налогоплательщиков, выбравших в качестве объекта налогообложения доходы или доходы, уменьшенные на величину расходов; единый налог на вмененный доход для отдельных видов деятельности; единый сельскохозяйственный налог.
40 Значения переменной Y1 приведены в табл. 1.
41 В качестве инструмента обоснования сформулированных гипотез применен корреляционный анализ (коэффициент ранговой корреляции Спирмена) результатов ранжирования субъектов СКФО по двум указанным парам переменных. Расчеты показали (табл. 5–6) изменяющееся по годам (в период 2001–2017 гг.) наличие отрицательной корреляционной зависимости между величинами X1 и Y1 и положительной (за малыми исключениями) корреляционной зависимости между переменными X1и Y2.
42 Tаблица 5. Ранги и коэффициенты ранговой корреляции Спирмена, переменные Y1, X1
43
Год Ранг Y1 / X1 Коэффициент ранговой корреляции Спирмена
Ставропольский край Республика Северная Осетия –Алания Республика Ингушетия Карачаево-Черкесская Республика Кабардино-Балкарская Республика Республика Дагестан Чеченская Республика
2001 7 / 4 6 / 1 3 / 2 4 / 5 5 / 3 2 / 6 1 / 7 –0,643
2002 7 / 6 6 / 5 1 / 7 4 / 2 5 / 3 3 / 4 2 / 1 0,143
2003 7 / 1 6 / 6 1 / 7 5 / 3 4 / 4 3 / 5 2 / 2 –0,429
2004 7 / 6 5 / 1 2 / 4 6 / 2 4 / 5 3 / 3 1 / 7 –0,321
2005 7 / 2 5 / 7 1 / 1 6 / 3 4 / 4 3 / 5 2 / 6 –0,036
2006 7 / 3 5 / 6 1 / 2 4 / 7 6 / 1 3 / 4 2 / 5 –0,107
2007 7 / 3 5 / 7 1 / 1 4 / 6 6 / 4 3 / 2 2 / 5 0,321
2008 7 / 2 4 / 5 1 / 6 5 / 4 6 / 1 3 / 7 2 / 3 –0,679
2009 7 / 6 5 / 5 1 / 7 4 / 2 6 / 1 3 / 4 2 / 3 –0,214
2010 7 / 5 5 / 4 1 / 3 4 / 2 6 / 1 3 / 7 2 / 6 –0,250
2011 7 / 4 6 / 6 2 / 3 4 / 2 5 / 1 3 / 5 1 / 7 –0,250
2012 7 / 4 5 / 7 1 / 1 3 / 3 6 / 2 4 / 5 2 / 6 0,179
2013 7 / 4 5 / 5 1 / 1 4 / 3 6 / 2 3 / 6 2 / 7 –0,071
2014 7 / 3 5 / 5 1 / 1 4 / 4 6 / 2 3 / 7 2 / 6 –0,143
2015 7 / 3 5 / 6 1 / 1 4 / 4 6 / 2 3 / 5 2 / 7 –0,107
2016 7 / 2 5 / 7 1 / 4 4 / 3 6 / 1 3 / 5 2 / 6 –0,500
2017 7 / 3 6 / 7 1 / 6 4 / 4 5 / 1 3 / 5 2 / 2 –0,107
44 Таблица 6. Ранги и коэффициенты ранговой корреляции Спирмена, переменные Y2, X1
45
Год Ранг Y2 / X1 Коэффициент ранговой корреляции Спирмена
Ставропольский край Республика Северная Осетия –Алания Республика Ингушетия Карачаево-Черкесская Республика Кабардино-Балкарская Республика Республика Дагестан Чеченская Республика
2001 1 / 4 3 / 1 6 / 2 2 / 5 5 / 3 4 / 6 7 / 7 0,195
2002 1 / 6 5 / 5 7 / 7 6 / 2 4 / 3 3 / 4 2 / 1 0,230
2003 1 / 1 5 / 6 7 / 7 4 / 3 2 / 4 3 / 5 6 / 2 0,545
2004 1 / 6 5 / 1 6 / 4 2 / 2 3 / 5 4 / 3 7 / 7 0,125
2005 1 / 2 4 / 7 7 / 1 2 / 3 5 / 4 3 / 5 6 / 6 0,090
2006 1 / 3 3 / 6 7 / 2 2 / 7 4 / 1 5 / 4 6 / 5 –0,294
2007 1 / 3 2 / 7 6 / 1 4 / 6 3 / 4 5 / 2 7 / 5 –0,259
2008 1 / 2 5 / 5 6 / 6 2 / 4 3 / 1 4 / 7 7 / 3 0,405
2009 1 / 6 3 / 5 6 / 7 2 / 2 5 / 1 4 / 4 7 / 3 –0,085
2010 1 / 5 4 / 4 6 / 3 2 / 2 5 / 1 3 / 7 7 / 6 –0,015
2011 1 / 4 3 / 6 6 / 3 2 / 2 4 / 1 5 / 5 7 / 7 0,370
2012 1 / 4 2 / 7 6 / 1 4 / 3 3 / 2 5 / 5 7 / 6 –0,085
2013 1 / 4 3 / 5 6 / 1 4 / 3 2 / 2 5 / 6 7 / 7 0,300
2014 1 / 3 2 / 5 6 / 1 3 / 4 4 / 2 5 / 7 7 / 6 0,160
2015 1 / 3 2 / 6 6 / 1 3 / 4 4 / 2 5 / 5 7 / 7 0,125
2016 1 / 2 3 / 7 6 / 4 2 / 3 4 / 1 5 / 5 7 / 6 0,440
2017 1 / 3 3 / 7 6 / 6 4 / 4 2 / 1 5 / 5 7 / 2 0,195
46 Продолжая анализ причин стабильно низких уровней самообеспеченности бюджетов субъектов СКФО, рассмотрим вопрос о том, в какой мере безвозмездные поступления соответствуют возможностям этих субъектов самостоятельно обеспечивать суммарные расходы на экономические и социальные цели (т.е. насколько размер федеральных трансфертов обоснован потребностями в них конкретного субъекта СКФО). Предлагаемый подход к ответу на этот вопрос (обозначим его как тест 2) аналогичен описанному выше вычислению ранговой корреляции между векторными переменными X и Y.
47

ТЕСТ  2

48 В данном случае зависимая переменная Y — та же доля (в процентах) безвозмездных поступлений в доходной части консолидированного бюджета субъекта СКФО по принятому выше обозначению Y1. По этой переменной определяются места субъектов СКФО в рейтинге шести субъектов федерального округа (без Чеченской Республики из-за недостатка необходимой информации). Что касается ранжируемой переменной X, она рассматривается как показатель с названием «потенциал самообеспеченности бюджета региона». Логика его построения состоит в следующем. Потенциал самообеспеченности бюджета (его оборотной стороной является уровень потребности региона в безвозмездных поступлениях) напрямую связан с абсолютной величиной части доходов консолидированного бюджета субъекта i, формируемой за счет собственных источников (обозначим ее как Zi). Также правомерно предположить, что при данной величине Zi ее достаточно для потребностей бюджета экономики, измеренной величиной валового регионального продукта GRPi, и населения, измеренного численностью, PSi. Согласно указанным соображениям переменную X мы определили как вектор X3i с компонентами Zi GRPi и ZPSi.
49 Далее для каждого года периода 2001–2016 гг. определяются ранги (места) в рейтинге субъектов СКФО по величине X3i. Для построения указанного рейтинга применен разработанный В.З. Беленьким и В.Г. Гребенниковым метод ранжирования многомерных объектов на основе парных сравнений (Беленький, Гребенников, 2013) по двум критериям (в данном случае — ZGRPi и ZPSi) с эндогенными (вычисляемыми по определенному правилу, а не заданными экспертно) весами этих критериев. Коэффициенты ранговой корреляции между результатами ранжирования регионов по переменным X3i и Y1 отражены в табл. 7.
50 Tаблица 7. Ранги и коэффициенты ранговой корреляции Спирмена, переменныеY1, X3i
51
Год Ранг Y1 / X3i Коэффициент ранговой корреляции Спирмена
Ставропольский край Республика Северная Осетия –Алания Республика Ингушетия Карачаево-Черкесская Республика Кабардино-Балкарская Республика Республика Дагестан
2001 6 / 2 5 / 1 2 / 4 3 / 5 4 / 3 1 / 6 –0,886
2002 6 / 1 5 / 2 1 / 4 3 / 5 4 / 3 2 / 6 –0,829
2003 6 / 1 5 / 2 1 / 4 4 / 3 3 / 6 2 / 5 –0,771
2004 6 / 1 4 / 3 1 / 5 5 / 2 3 / 4 2 / 6 –0,943
2005 6 / 1 4 / 3 1 / 6 5 / 2 3 / 4 2 / 5 –1,000
2006 6 / 1 4 / 3 1 / 6 3 / 4 5 / 2 2 / 5 –1,000
2007 6 / 1 4 / 3 1 / 6 3 / 4 5 / 2 2 / 5 –1,000
2008 6 / 1 3 / 3 1 / 6 4 / 4 5 / 2 2 / 5 –0,943
2009 6 / 2 4 / 4 1 / 6 3 / 3 5 / 1 2 / 5 –0,886
2010 6 / 1 4 / 4 1 / 6 3 / 3 5 / 2 2 / 5 –0,943
2011 6 / 1 5 / 4 1 / 5 3 / 3 4 / 2 2 / 6 –0,771
2012 6 / 1 4 / 3 1 / 6 2 / 4 5 / 2 3 / 5 –0,943
2013 6 / 1 4 / 2 1 / 6 3 / 4 5 / 3 2 / 5 –0,943
2014 6 / 1 4 / 3 1 / 6 3 / 4 5 / 2 2 / 5 –1,000
2015 6 / 2 4 / 4 1 / 6 3 / 3 5 / 1 2 / 5 –0,886
2016 6 / 2 4 / 4 1 / 6 3 / 3 5 / 1 2 / 5 –0,886
52 Очевидно, что финансовые отношения между федеральным центром и регионами должны следовать правилу: больше потенциал самообеспеченности бюджета региона — меньше доля безвозмездных поступлений в его консолидированном бюджете. Как можно судить по рассчитанным значениям коэффициента Спирмена в табл. 7, это правило выполняется для всего периода, рассматриваемого в анализе. Воспользовавшись предложенным методом, можно проверить, справедливо ли оно для другого периода или другой группы регионов (корреляция определяется на основе информации по группе регионов, в данном случае СКФО). Такого рода эксперимент мы предполагаем в будущем поставить на примерах ряда макрорегионов Российской Федерации в период, сопоставимый с анализируемым в настоящей работе.

References

1. Belen'kiy V.Z., Grebennikov V.G. (2013). Some Formulations of Ranking and Their Solution Based on the Principle of Consistency. Economics of Contemporary Russia, 3, 59–69 (in Russian).

2. Braginsky O.B., Tatevosyan G.M., Sedova S.V., Magomedov R.Sh. (2017). Governmental Programs of Industrial and Territorial Development: Methodological and Practical Issues. Working paper # WP / 2017/325. Moscow: CEMI RAS (in Russian).

3. DonVito P.A. (1969). The Essentials of a Planning-Programming-Budgeting System. Available at: https://www.rand.org/pubs/papers/P4124.html (accessed: 23.10.2015).

4. Gagarina G.Y., Dzyuba E.I., Gubarev R.V., Fayzullin F.S. (2017). Forecasting of Socio-Economic Development of the Russian Regions. Economy of Region, 13 (4), 1080–1094 (in Russian). doi 10.17059/2017-4-9.

5. Grebennikov V.G., Magomedov R.Sh. (2018). Balance of Budget Expenditures as a Source for Increasing Regional Budgetary Self-sufficiency. In: “Management of Large-Scale System Development” (MLSD’2018): Proceedings of the Eleventh International Conference (1–3 oct. 2018, Moscow). Vasilyev S.N., Tsvirkun A.D. (eds). Vol. 3: Sections 12–16. Moscow: Institute of Control Sciences by. V.A. Trapeznikova of the Russian Academy of Sciences, 426–432 (in Russian).

6. Idrisova V., Freinkman L. (2010). The Impact of Federal Transfers over Regional Authorities Behavior. Moscow: Gaidar Institute for Economic Policy (in Russian).

7. Premchand A. (1989). Government Budgeting and Expenditure Controls: Theory and Practice. Third Printing. Washington: International Monetary Fund.

8. Solem J., Werner H.D. (1968). PPBS: A Management Innovation. Available at: https://joe.org/joe/1968winter/1968-4-a4.pdf (accessed: 16.04.2017).

9. Tatevosyan G.M., Pisareva O.M., Sedova S.V., Simonova N.I. (2004). A Comparative Analysis of the Regional Economic Performance in Russia. Economics and Mathematical Methods, 40 (4), 59–73 (In Russian).

10. Tatevosyan G.M., Pisareva O.M., Sedova S.V., Toreyev V.B. (2009). Methods for Justifying Investment Programs (Industrial Sector). Preprint # WP/2009/260. Moscow: CEMI RAS (in Russian).

11. Yermakov V.V. (2017). Measuring the Impact of Interbudgetary Transfers on the Regional Socio-Economic Development. Economics and Mathematical Methods, 53 (3), 18–37 (in Russian).